Перед замком Кощея стоял Богатырь и весело кричал: — Выходи старый хрыч, буду свою новую дубинку к твоей лысой башке примерять!
Неожиданно, на балкон вышла сухощавая женщина. Ей по виду было лет восемьсот-десятьсот, а лицо было строгим и выражающим ее презрение ко всему окружающему ее миру.
За ее спиной суетился Кощей, называя ее «мамой» и пытаясь лицом и жестами что-то срочно сообщить Богатырю.
Мама жестом отстранила его внуть комнаты, прищурилась, и скрипучим голосом спросила: — Вы кто такой, и на каком основании смеете оскорблять моего сына?
– Ну, так я того …, я Богатырь, в общем так сказать… пришел сражаться…
– Какой такой Богатырь? Искренне удивилась Мама. — Разве Кощеюшка всех вас не одолел в бою и не скормил Дракону?
Богатырь чуть не начал хохотать, но заметив в окне замка отчаянно жестикулирующего Кощея, начал мямлить: — Ну да, конечно… Скормил. Одолел…
– Инте-рес-но, пройдите в дом, я хочу с вами поговорить.
Кощей в окне замка бился в истерике, Богатырь пошел к дверям. А Мама уже ждала его у порога.
Гордо подняв голову и поставив ноги в третью позицию, она представилась: — Я мать вашего царя и повелителя, держащего в страхе все население Лукоморья.
Повернувшись к Кощею уточнила: — Я привильно произнесла твой титул, ничего не перепутала?
– Все правильно, мама, из твоих уст это звучит особенно великолепно.
Кощей выглядел несколько пришибленным и старался на смотреть в глаза Богарырю.
– Да, это так, — подтвердила Мама, — Ты стол протер, посуду помыл?
Кощей кивнул головой, и Мама перевела свой строгий взгляд на Богатыря.
– Вы сказали, что хотите сражаться? Это в каком смысле? Ничего не напутали?
– Да я того… , — Богатырь замялся, — Дурачок я местный, говорю то, чего сам не понимаю
– Я так и поняла. — Мама кивнула. — А как вам живется под управлением моего сына?
– Нормально, — ответил Богатырь. Но увидев молящий взгляд Кощея добавил: — В постоянном страхе и ожидании неизбежного.
Мама изобразила подобие улыбки.
– А что все злодеи все так же безропотно выполняют волю моего сыночка?
– Конечно! — Богатырь не сдержался и улыбнулся.
– Это почему вы смеетесь?
– Так дурачок же, мама, ему много чего можно. — Вмешался Кощей.
– Я тебя не спрашивала — строго сказала Мама, — Зачем в разговор лезешь? Не смотря на то, что ты главный злодей Лукоморья, так розгами тебя выпорю — неделю на попе сидеть не сможешь!
Лицо Кащея стало пунцовым и он вперил глаза в пол. Богатырь еле стоял на ногах от хохота.
– Вас, молодой человек, это тоже касается, — голос Мамы звучал так, что Богатырь после этого еще месяц бояся даже улыбнуться. — Где ваше уважение к своему повелителю?
Богатырь вытянулся по стойке смирно.
– Леший, Соловей-разбойник и Водяной с Бабой Ягой творят злодеяния в его честь и к нему с докладом ходят!
– Как Яга? — с презрением спросила Мама, — Я ведь велела тебе не общаться в этой девочкой!
– Так я и не общаюсь, — Кощей опять порозовел, — Только по делу и раз в год, не чаще!
– Узнаю, что не правда, месяц из дома не выйдешь, понял?
Кощей молча кивнул.
– Я пожалуй пойду, — попросился Богатырь, — Если конечно Повелитель мне позволит. Мне ведь еще надо в луже поплескаться, да за собаками по двору побегать.
– Я провожу, — Кощей был полон энергии, — Ты ведь меня, Мама, учила, что гостей провожать надо.
Мама кивнула. Кощей вышел с Богатырем и прикрыл за собой дверь.
– Мои соболезнования, Великий, — съехидничал Богатырь, — Надолго это?
– Две недели, — голос Кощея дрожал, — не говори никому, ладно? Не могу же я ей правду сказать, она ведь меня розгами! … Да, а я за это в долгу не останусь, честное слово! На ферме Самарская перепелка начали колбасу «Богатырская» делать, так я тебе и колбаски, и перепелок вяленых из своего заказа выделю.
